Но остается очень важная задача - уточнить, что, собственно, понимается животным и что может оставаться непонятным. Этот наиболее важный момент до сих пор не очень хорошо выделен в экспериментальной психологии. Здесь нужно сослаться на некоторые факты, увязать их вместе, чтобы ближе подойти к ответу на этот вопрос Факты эти заключаются в следующем.
Если дрессировать животных так, как это делали Торндайк и большинство дрессировщиков, т. е. ставить животное в ситуацию, в которой оно само должно найти нужное движение, выделить его из прочих, зафиксировать и в дальнейшем использовать по определенному сигналу, - если задача ставится так, то решается она путем очень многих тяжелых, действительно слепых проб и ошибок.
Сначала правильные движения должны подкрепляться, а неправильные - не подкрепляться или даже наказываться. Весь этот мучительный процесс обучения животного таким способом хотя и приводит к выделению желаемого движения, но это очень тяжелый и длительный процесс.
Еще в начале XX столетия замечательный дрессировщик Владимир Дуров, который искал оригинальные способы обучения животных, придумал способ не только гуманного, но гораздо более быстрого и эффективного обучения животных, хотя обучал он их очень сложной, системе действий, которые в некоторой степени напоминали человеческие.