Другая, меньшая часть идет со стороны логики, которая постепенно все более полно постигается в процессе интеллектуального развития. Если бы мы не знали пути поэтапного формирования, у нас бы не было другого выбора, тем более что мы видим этот процесс только в его конечном состоянии и не знаем, откуда он возник.
Но мы знаем, что наука не занимается явлениями, а занимается она исследованием того, что лежит за этими явлениями.
Так возникает вопрос, что же лежит за этими трудноуловимыми явлениями? Пока мы не знали всего процесса формирования этого явления, тогда естественно было думать, что за ним лежит физиологический процесс, значит, надо искать физиологические пути исследования этого процесса.
Ну а теперь-то мы знаем, что имеем действие, которое мы воспитали как внутреннее и которое продолжает оставаться действием и работает как действие, только уже не выступает ни во вне, ни в самонаблюдении, т. е. ни в каком наблюдении - ни во внутреннем, ни во внешнем - не открывается.
И понятно, почему не открывается: потому что оно из объекта, находящегося вне нас, стало нашим внутренним достоянием и нам не нужно на нем больше останавливаться, поскольку мы его уже сформировали, оно теперь работает на нас, а нам надо сохранять только контроль за его течением, и этот контроль осуществляется по чувству, протекает оно благополучно или нет.